Гурченко Людмила Марковна

Хорошо - быть молодым,
За любовь к себе сражаться,
Перед зеркалом седым
Независимо держаться,
Жить отважно - черново,
Обо всём мечтать свирепо,
Не бояться ничего -
Даже выглядеть нелепо!

Хорошо - всего хотеть,
Брать своё - и не украдкой,
Гордой гривой шелестеть,
Гордой славиться повадкой,
То и это затевать,
Порывая с тем и этим,
Вечно повод подавать
Раздувалам жарких сплетен!

На моих губах ночное небо,
Это небо называлось ты,
Мы друг к другу потянулись слепо,
Словно одинокие цветы.

Как песок слова пересыпая,
Мы прошли по берегу реки,
И душа в ожоги превращала
Каждое касание руки.

Ненавижу за то, что ты уходишь,
Ненавижу за то, что отпускаю,
Ненавижу за то, что ты вернёшься,
Ненавижу за то, что я прощаю.
Ненавижу за то, что ты уходишь,
Ненавижу за то, что отпускаю,
Ненавижу за то, что ты вернёшься,
Ненавижу и прощаю, и прощаю.

С тобою мы объехали полсвета,
Но каждый раз тянуло нас домой.
Поставь мою любимую кассету,
Давай передохнём перед игрой.

Тебе судьбу мою вершить,
Тебе одной меня судить,
Команда молодости нашей,
Команда, без которой мне не жить.
Команда молодости нашей,
Команда, без которой мне не жить.

Трава на стадионах зеленеет,
А мудрость, словно осень, настаёт.
Друг к другу мы становимся нежнее,
Когда борьба всё яростней идёт.

Тебе судьбу мою вершить,
Тебе одной меня судить,
Команда молодости нашей,
Команда, без которой мне не жить.
Команда молодости нашей,
Команда, без которой мне не жить.

Со спортом мы расстанемся не скоро,
Но время не унять и не сдержать.
Придут честолюбивые дублёры,
Дай Бог, им лучше нашего сыграть.

В тени косматой ели,
Над шумною рекой
Качает чёрт качели
Мохнатою рукой.

Качается, смеётся,
Вперёд, назад,

Доска скрипит и гнётся,
О сук тяжёлый трётся
Натянутый канат.
В тени косматой ели
Визжат, кружась гурьбой:
- Попался на качели,
Качайся, чёрт с тобой! –

Держусь, томлюсь, качаюсь,
Вперёд, назад,
Хватаюсь и мотаюсь,
И отвести стараюсь
От чёрта томный взгляд.

Я знаю, чёрт не сбросит
Стремительной доски,
Пока меня не скосит
Грозящий взмах руки,

Пока не перетрётся,
Крутяся, конопля,
Пока не подвернётся
Ко мне моя земля.

Взлечу я выше ели
И лбом о землю трах
Качай же черт качели
Все выше, выше. .

Знаешь, друг, давай с тобой споём,
В жизнь без добрых песен мне не верится.
Пусть улыбка на лице твоём
Снова, будто солнышко, засветится.

Мы время, мы время зря не тратим,
Не ведом, не ведом нам покой,
Такой у нас характер, особенный такой,
Такой у нас характер, особенный такой.

Когда меня не будет –
Где буду я тогда?
Придут другие люди
В другие города.
И что б ни говорили,
Уносим мы с собой
Весь мир, в котором жили,
Оставив брешь пустой.
И что же наши думы-
Умов и душ труды –
Пройдут лишь слабым шумом
В преддверье немоты?
Мы с временем сражались.
Мы не желали знать,
Что незаметно старость
Подступит, словно тать.
О чём же мы страдали?
Во что вонзали взор?
Всё скрыто в Божьей дали
Глупцам наперекор.

Назначь мне свиданье
на этом свете.
Назначь мне свиданье
в двадцатом столетье.
Мне трудно дышать без твоей любви.
Вспомни меня, оглянись, позови!
Ты светом и воздухом стал для меня.

Пусть годы умчатся в круженье обратном
И встретимся мы в переулке Гранатном...
Назначь мне свиданье у нас на земле,
В твоём потаённом сердечном тепле.

Она умерла, умерла в силу законов человеческого бытия, но бессмертные Ее душа и тело были восхищены Богом в Его славу

Дни мелькают — чет и нечет,
Жизнь осталась позади.
Что же сердце рвёт и мечет,
Задыхается в груди?

Слышать слов моих не хочет,
Будто в рану сыплю соль.
Днём и ночью сердце точит
Злая дума, злая боль.

Знает сердце о причине
Всех скорбей моих и бед,
О смиренье, о гордыне
И что мне спасенья нет.

Но оно по горло сыто
Ложью всяческих прикрас,
И оно со мной открыто
Говорит не в первый раз,

Чтобы я, ему доверясь,
Не страшилась жить в глуши
И смелей порола ересь,
Если ересь от души.

Вот опять небес темнеет высь,
Вот и окна в сумраке зажглись.
Здесь живут мои друзья,
И, дыханье затая,
В ночные окна вглядываюсь я.

Я любуюсь вами по ночам,
Я желаю, окна, счастья вам.
Он мне дорог с давних лет,
И его яснее нет, -
Московских окон негасимый свет.

На закате ходит парень
Возле дома моего,
Поморгает мне глазами
И не скажет ничего.
И кто его знает,
Чего он моргает.

Как приду я на гулянье,
Он танцует и поёт,
А простимся у калитки -
Отвернётся и вздохнёт.
И кто его знает,
Чего он вздыхает.

Снова замерло всё до рассвета -
Дверь не скрипнет, не вспыхнет огонь.
Только слышно - на улице где-то
Одинокая бродит гармонь:

То пойдёт на поля, за ворота,
То обратно вернётся опять,
Словно ищет в потёмках кого-то
И не может никак отыскать.

Вот окончен концерт... Помню степь белоснежную,
На перроне Ваш мягкий поклон.
В этот вечер Вы были особенно нежною,
Как лампадка у старых икон.

Мы вдвоем. Поздний час.
Входит в комнату. молчание.
Сколько лет все у нас
Длится первое свидание.
Сердцем воина хранимая,
Скоро ночь кончается.
Засыпай, моя любимая,
Пусть мечты сбываются.
Под луной облака,
Словно крылья лебединые,
И в руке спит рука,
Будто - мы судьба единая.
Все у нас с тобой по-прежнему
Только годы катятся.
Ты все та же, моя нежная,
В этом синем платьице.

Эх, путь-дорожка фронтовая,
Не страшна нам бомбежка любая.
А помирать нам рановато,
Есть у нас еще дома дела.
А помирать нам рановато,
Есть у нас еще дома дела.

Солнце скрылось за горою,
Затуманились речные перекаты,
А дорогою степною
Шли с войны домой советские солдаты.

Они жизни не щадили,
Защищая отчий край - страну родную;
Одолели, победили
Всех врагов в боях за Родину святую.

Убивали Душу, убивали,
На кресте Христовом распинали.

Убивали Душу и убили,
А теперь рыдают на могиле.

Что ж теперь рыдать, стенать, молиться,
Осознать бы, кто её убийца...

А Душа убитая воскресла,
Припоясавши Законом чресла,

Одесную Отца Бога села:
- Аллилуйя!Сладостно запела.

Ты ждёшь, Лизавета,
От друга привета.
Ты не спишь до рассвета,
Всё грустишь обо мне.
Одержим победу,
К тебе я приеду
На горячем боевом коне.
Одержим победу,
К тебе я приеду
На горячем боевом коне.

Кто был на фронте, на переднем крае,
Тот оправдает и поймёт бойца,
Который, смерть и пули презирая,
Готов плясать при виде письмеца.

Ночь коротка,
Спят облака,
И лежит у меня на ладони
Незнакомая ваша рука.
После тревог
Спит городок.
Я услышал мелодию вальса
И сюда заглянул на часок.

Кто не поймал сегодня счастья в сети,
Тот завтра выловит его.
Есть города чудесные на свете,
Но для меня нет краше моего.

Верю в тебя, в дорогую подругу мою,
Эта вера от пули меня темной ночью хранила...
Радостно мне, я спокоен в смертельном бою,
Знаю встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось.

Смерть не страшна, с ней не раз мы встречались в степи.
Вот и теперь надо мною она кружится.
Ты меня ждешь и у детской кроватки не спишь,
И поэтому знаю: со мной ничего не случится!

Дождь проливным потоком стучит ко мне в окно.
Ты от меня далёко, писем уж нет давно.
Ночью я буду, ты знаешь, плакать, когда все уснут;
Разве у вас не бывает в жизни подобных минут?

Спит деревушка. Только старушка
Ждет не дождется сынка…
Старой не спится, тонкие спицы
Тихо дрожат в руках.
Ветер уныло гудит в трубе,
Песню мурлыкает кот в избе.
Спи, успокойся, шалью укройся,
Сын твой вернется к тебе!

Утречком ранним гостем нежданным
Кто-то вернется домой.
Варежки снимет, крепко обнимет,
Сядет за стол с тобой.
Будешь смотреть, не спуская глаз,
Будешь качать головой не раз,
Тихо и сладко плакать украдкой,
Слушая сына рассказ.

Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат,
Пусть солдаты немного поспят...

Снятся бойцу карие глаза,
На ресницах тёмных - светлая слеза.
Святая,
Скупая,
Девичья горючая слеза.

На границе шумели березки,
Где теперь пришлось нам воевать.
Там служили, дружили два тезки
Их обоих Максимами звать.
Был один пулеметчик толковый.
Познакомьтесь с Максимом моим,
А другой пулемет был станковый
по прозванию тоже Максим.

Теплый ветер дует.
Развезло дороги.
И на Южном фронте
Оттепель опять.
Тает снег в Ростове,
Тает в Таганроге.
Эти дни когда-нибудь
Мы будем вспоминать.

С далекой я заставы,
Где в зелени дом и скамья,
Где парень пел кудрявый...
Ту песню запомнил я.

Играй, мой баян,
И скажи всем друзьям,
Отважным и смелым в бою,
Что, как подругу,
Мы Родину любим свою.

Споемте, друзья, ведь завтра в поход
Уйдем в предрассветный туман.
Споем веселей, пусть нам подпоет
Седой боевой капитан.

Прощай, любимый город!
Уходим завтра в море.
И ранней порой
Мелькнет за кормой
Знакомый платок голубой.

С берёз, не слышен, невесом,
Слетает жёлтый лист.
Старинный вальс «Осенний сон»
Играет гармонист.

Вздыхают, жалуясь, басы,
И, словно в забытьи,
Сидят и слушают бойцы -
Товарищи мои.