Рудакова Анастасия Васильевна

Помнишь?

Ich weiß nicht, was soll es bedeuten,
Daß ich so traurig bin,
Ein Märchen aus uralten Zeiten,
Das kommt mir nicht aus dem Sinn.

В СКОРБИ МОЕЙ
В скорби моей никого не виню.
В скорби — стремлюсь к незакатному дню.
К свету нетленному пламенно рвусь.
Мрака земли не боюсь, не боюсь.

Счастья ли миг предо мной промелькнет,
Злого безволья почувствую ль гнет,—
Так же душою горю, как свеча,
Так же молитва моя горяча.

Молча пройду я сквозь холод и тьму,
Радость и боль равнодушно приму.
В смерти иное прозрев бытие,
Смерти скажу я: «Где жало твое?»

Lacrimosa dies illa
qua resurget ex favilla
judicandus homo reus.

Huic ergo parce, Deus,
pie Jesu Domine:
dona eis requiem. Amen.

***
Зајди, зајди, јасно сонце,
Зајди, помрачи се,
И ти, јасна ле месечино,
Бегај, удави се.

Црнеј, горо, црнеј, сестро,
Двајца да црнееме,
Ти за твоите лисја ле, горо,
Јас за мојта младост.

Твоите лисја, горо сестро,
Пак ќе ти се вратат,
А мојта младост, сестро,
Нема да се врати.

Однообразные мелькают
Все с той же болью дни мои,
Как будто розы опадают
И умирают соловьи.

Но и она печальна тоже,
Мне приказавшая любовь,
И под ее атласной кожей
Бежит отравленная кровь.

И если я живу на свете,
То лишь из-за одной мечты:
Мы оба, как слепые дети,
Пойдем на горные хребты,

Туда, где бродят только козы,
В мир самых белых облаков,
Искать увянувшие розы
И слушать мертвых соловьев.

Реквием

Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверзтую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.

Застынет все, что пело и боролось,
Сияло и рвалось.
И зелень глаз моих, и нежный голос,
И золото волос.

И будет жизнь с ее насущным хлебом,
С забывчивостью дня.
И будет все - как будто бы под небом
И не было меня!

Изменчивой, как дети, в каждой мине,
И так недолго злой,
Любившей час, когда дрова в камине
Становятся золой.

Виолончель, и кавалькады в чаще,
И колокол в селе...
- Меня, такой живой и настоящей
На ласковой земле!

К вам всем - что мне, ни в чем не знавшей меры,
Чужие и свои?!-
Я обращаюсь с требованьем веры
И с просьбой о любви.

И день и ночь, и письменно и устно:
За правду да и нет,
За то, что мне так часто - слишком грустно
И только двадцать лет,

За то, что мне прямая неизбежность -
Прощение обид,
За всю мою безудержную нежность
И слишком гордый вид,

За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру...
- Послушайте!- Еще меня любите
За то, что я умру.

У каждого из нас на свете есть места,
Куда приходим мы на миг отъединиться,
Где память, как строка почтового листа,
Нам сердце исцелит, когда оно томится.

Чистые пруды, застенчивые ивы,
Как девчонки смолкли у воды,
Чистые пруды, веков зелёный сон,
Мой дальний берег детства,
Где звучит аккордеон.

И я спешу туда, там льётся добрый свет,
И лодки на воде, как солнечные пятна,
Отсюда мы с тобой ушли в круженье лет,
И вот я снова здесь, и ты придёшь обратно!

Чистые пруды, застенчивые ивы,
Как девчонки смолкли у воды,
Чистые пруды, веков зелёный сон,
Мой дальний берег детства,
Где звучит аккордеон.

Однажды ты пройдёшь бульварное кольцо,
И в памяти твоей мы встретимся, наверно,
И воды отразят знакомое лицо,
И сердце исцелят и успокоят нервы.

Чистые пруды, застенчивые ивы,
Как девчонки смолкли у воды,
Чистые пруды, веков зелёный сон,
Мой дальний берег детства,
Где звучит аккордеон.

У каждого из нас на свете есть места,
Что нам за далью лет всё ближе, всё дороже,
Там дышится легко, там мира чистота,
Нас делает на миг счастливей и моложе.

Чистые пруды, застенчивые ивы,
Как девчонки смолкли у воды,
Чистые пруды, веков зелёный сон,
Мой дальний берег детства,
Где звучит аккордеон.

Я приду скоро...

Отдыхай спокойно...

Царствие небесное!